Тайны закулисья «Северному краю» приоткрыли заместитель директора театра кукол Алексей Хитров и главный режиссер Алексей Смирнов.
– Первым спектаклем сезона стало «Кентервильское привидение». Эксклюзив с того света – я на него в 90 е ходил, школьником. Шикарное было зрелище.
– Да, тот спектакль даже был номинирован на национальную премию «Золотая маска». В этом была заслуга постановщика Елены Борисовой, которая смогла проложить дорогу к сердцам зрителей.
Ведь «Кентервильское привидение» – произведение, для кукольного театра редкое. И вот благодаря успеху ярославской адаптации оно прижилось и на других сценах. Например, в Московском детском камерном театре кукол его ставил Валерий Баджи – воспитанник нашей Елены Тадеушевны. У них в Москве спектакль до сих пор в репертуаре, не снимают!
– А почему у нас на время пропал?
– Ушла из жизни Елена Борисова. Изменился актерский состав. Да и дети уже другие. Было принято решение о техническом ремонте спектакля: обновлении костюмов, кукол, частично – оформления. Восстановить оригинальную постановку взялся наш главный режиссер Алексей Смирнов.
– Тогда вопрос уже к нему. «Привидение» возвращается?
– Во времена той, первой премьеры я еще студентом был. И хотя наработки Елены Борисовой доступны, есть даже видео, к работе над «Кентервильским привидением» мы привлекали участников того, прежнего спектакля: Татьяну Старочкину, Надежду Новикову, Елену Лопатину, Маргариту Смирнову, Ирину Климушкину. Вместе мы отрабатывали мотивировки персонажей – почему в постановке они поступают так, а не иначе – про что говорила Елена Тадеушевна на своих занятиях. В процессе работы мы иногда спорим. Как режиссеру мне хотелось бы продвинуть что то свое, но тут же кто нибудь вспоминает: те моменты, что я хочу подчеркнуть, Борисова не считала важными для создания образа, а то и намеренно вычеркивала. Так, в стремлении к истокам, в споре рождается новое восприятие оригинальной истории.
– Но это ценный опыт?
– Опыт залезания в чужую шкуру. Все делаешь по другому, не так, как привык.
– Кстати, слышал, что в спектакле задействован новый артист, родственник Елены Борисовой?
– Да, Александр Кузнецов – племянник Елены Тадеушевны. Их театральную династию основала Анастасия Варжало, мама Елены Борисовой. В «Арлекине» (Омском государственном театре куклы, актера и маски – прим. редакции) она была главным режиссером, мужа выбрала той же профессии. Как итог, вся семья – кукольники: в Омске, Ярославле… Дочка Елены Тадеушевны Полина добралась до Франции – там окончила театральную школу в Шарлевиль Мезьер, городе марионеточников.
– Волшебный, должно быть, мир… Вот в «Кентервильском привидении» – какая изюминка?
– Во первых, интересная история. Любая мистика для театра – кладезь, особенно для театра кукол. Где в драме на спецэффекты уйдут миллионы, у нас произойдет каждодневное чудо. Актер наденет черное бархатистое трико, возьмет в руки планшетную куклу… В «черном кабинете» человека не видно, только кукла летает, движется, говорит – «сама». Этот момент перехода из неживого в живое завораживает.
– И босяки в предместьях Парижа, и русская ярмарочная шпана веками на это чудо насмотреться не могли. Но современные дети – они из другого теста…
– В эпоху первого «Привидения», двадцать лет назад, не было и сотовых. Сейчас совсем другая скорость восприятия и жизни. Дети все хуже переносят медленное повествование: не концентрируются, не приучены удерживать внимание. Что видно по продолжительности школьного урока: мы учились 45 минут, сейчас – сорок – и хотят еще сократить. Возьмите любой наш спектакль: когда начинаются какие то монологи, дети быстро теряют интерес.
– Делаете больше сценок, больше движения?
– Чем больше перемен сюжета, тем лучше он воспринимается. Скорость изменилась раза в два. А куклу держит крепкий такой, большой человек. А ей ведь еще и ручками нужно подвигать, и глазками, и ножкой притопнуть. И не ей одной! Всю эту магию в одиночку не сотворишь, и втроем не осилишь. Вот уже с полдюжины актеров на сцене, но их еще и спрятать надо. В тесноте рождается выверенный ритм движения, который нам требуется ускорить.
Есть определенная надежда на новые технологии. Например, мы переходим на диодный свет. Для режиссера энергосберегающие, легкие прожекторы открывают новые творческие возможности. Их немалый вес привязывал нас к жестким рамам, определенным конструкциям. Теперь мы можем их размещать мобильно. Плюс покупаем звуковое оборудование для фойе.
– Как оно будет применяться?
– Алексей Владимирович, главный режиссер, предложил оригинальное использование наших новых ресурсов. Следующей премьерой сезона станет новый творческий проект «Алиса Квест» – театрализованное путешествие по территории театра.
1 декабря мы его запускаем. Маршрут будет пролегать по фойе, музею, лестнице, «золотому» крыльцу.
– Может, поделитесь секретом, что будет?
– Семь локаций, где мы оборудуем небольшие сцены, своего рода уголки страны чудес. Детей разобьют на группы и будут вести к финалу, попутно приоткрывая наши маленькие театральные чудеса. «Черная комната», игры с перспективой. Представляете, стоит человек на кухонном столе и руководит готовкой. Только роста в этом поваре – половина обычного… Как так? Карлики в театре кукол? Разобраться во всем, по¬смотреть на сцену с необычного угла, увидеть театр новыми глазами, изнутри – все это очень занимает. Мы хотим зажечь ребят театром, чтобы они шли сюда осознанно, а не потому что «их пришли».
– А на новогоднюю сказку что приготовили?
– «Госпожу Метелицу» – классический кукольный спектакль. Единственное новшество – сделан он с марионетками, а не с тростевыми куклами, как было раньше. Опять же постановка Алексея Смирнова, художник – Елена Береснева. Ну и, конечно, на Новый год будет интермедия вокруг елки. Ее ставит Елена Снегирева. Что интересного в оформлении елки – все игрушки работы наших мастеров: ангелы, домики, персонажи сказок. И каждый год мы эту коллекцию обновляем.
